Листая страницы жизни

1
10

1 августа слобожанке Алевтине Николаевне Кузнецовой исполнилось 90 лет. В этот день родственники и знакомые тепло поздравили юбиляра на семейном вечере в кафе «Фантазия». На торжество из Перми вместе с женой приехал сын Михаил Алексеевич. Он постоянно заботится о маме, хоть и проживает неблизко – каждый день звонит по телефону, справляясь о мамином здоровье. По его инициативе квартира Алевтины Николаевны хорошо благоустроена и обставлена современной удобной мебелью — сын решил создать для любимой мамы отличные условия, чтобы ее дни проходили в комфорте и уюте.

Алевтина Николаевна с сыном Михаилом

А.Н. Кузнецова оказалась отличной собеседницей и по просьбе корреспондента «ЦГ» рассказала историю своей жизни: «Я отработала на меховой фабрике «Белка» 45 лет. Сначала окончила школу ФЗУ, научилась шить шапки и пришла в цех головных уборов. Позднее заочно училась в педучилище и на 5 лет уходила из цеха работать воспитательницей в меховской детский сад. Но по семейным обстоятельствам после рождения дочки мне пришлось вновь вернуться в родной цех, где трудилась сначала на процессе, затем контролером, мастером, мастером производственного обучения. Последние годы работала контролером ОТК, знала все меха, и ко мне часто обращались за консультацией по отбору пушнины.
На меховой фабрике я начала работать 14-летней девчонкой, пришла туда в годы войны, когда основной состав мужчин-меховщиков сражался на фронте. Мы, подростки, работали под лозунгом: «Все для фронта, все для победы!» Когда не хватало топлива, нас, молодяшек, отправляли на реку Вятку, куда приплывали плоты. Мы их распиливали и на плечах носили на фабрику дрова. Так же грузили соль, которая требовалась для обработки сырья. Эта работа была не для детских рук и плеч, но мы старательно ее выполняли.
С фронта на фабрику приходили окровавленные солдатские шапки. Нам выдавали по 10 штук для стирки. На речке Петерихе их вымачивали, выстирывали, затем сушили и приносили обратно в цех. Здесь шапки доводили до ума – вычинивали, выправляли и снова посылали на фронт. Но самое тяжелое чувство в войну было не от работы, а от голода. Многие слобожане голодали, в том числе и моя семья. Наш дом стоял рядом с меховой фабрикой, земельные участки фабрика забрала под строительство, поэтому огородов не было. Мы с ведром ходили на спиртовый завод за бардой и делали из нее кисель. У рабочих пивзавода покупали дробину, мололи и пекли лепешки. Картошки не видали, собирали картофельные очистки и перемалывали вместе с дробиной. Нам в цехе, если лишнюю люльку с шапками обработаешь, давали талон на кашу. Поэтому трудились мы по-стахановски. Вы даже не представляете, как хотелось хлебушка досыта поесть! Я всю жизнь помню это чувство. А теперь все продается, можно жить и жить, да здоровья не стало.
Мой будущий муж Алексей Петрович пришел с войны инвалидом. У его матери было пять сыновей и две дочери. Все сыновья воевали – один погиб, другой вернулся без ноги, моего Алексея, раненого и контуженого, еле довезли до дома. Он долго был на инвалидности, а когда немного окреп, то пошел работать в профтехшколу слесарем-водопроводчиком. Он хромал, но людям не показывал, что хромой. А когда покупали ему одежду, то я обязательно подшивала 5 сантиметров у одной половины брюк.
Познакомились мы с Алексеем на танцах в городском саду в 1945 году, а через два года поженились. 10 лет прожили вместе с его родителями в стареньком домике в два окна. После их смерти решили строиться – купили в Лекме дом, перевезли в Слободской. А 9 мая собрались все соседи и в один день поставили дом прямо до стропил. Все в этом доме было сделано руками мужа.
Прожили мы с Алексеем душа в душу 51 год. Он обо мне заботился, любил и часто повторял: «Аля, я не даром прожил жизнь – дом построил, деревья посадил, дочь и сына родил». Когда у него было хорошее настроение, он садился на лавочке под сиренью, брал гитару и пел, а я ему подпевала. Уже 20 лет прошло, как мужа не стало. Жизнь наша, словно птица, очень быстро пролетела – уж не вернуть назад тот цветущий сад. Но я ни о чем не жалею, я хорошо прожила свою жизнь. Мне в родне говорили: «Ты ведь у нас самая счастливая». Мне повезло, что я встретила достойного мужчину, с любовью и уважением прошла с ним по жизни.
Наша дочь Тамара Алексеевна Фалеева тоже работала на меховой фабрике «Белка». Сын Михаил Алексеевич Кузнецов окончил высшее военное училище, вышел в отставку в звании полковника. У меня есть внук и две внучки, трое правнуков. Я никогда не бываю одинока — меня каждый день навещают родные и соседи, на каждые праздники приезжают погостить сын со снохой. Благодарна всем за внимание и поддержку. Теперь я уже редко выхожу на улицу, не могу читать, провожу дни у телевизора. Люблю передачу «Романтика романса», слушаю оперу, потому что воспитывалась в музыкальной семье. Моя мама Елизавета Петровна Пестова всю жизнь пела, в войну участвовала в художественной самодеятельности, ее братья Сергей и Анатолий Карповы учились в консерватории. Дядя Сережа преподавал в седьмой школе музыку и пение, а дядя Толя в клубе им. Горького руководил хором. Благодаря им я люблю хорошую музыку. Из современных моя любимая песня «Приглашение на чай» в исполнении Филиппа Киркорова и Маши Распутиной».
Завершила наш разговор соседка по дому Л.С. Фофанова: «Алевтина Николаевна – человек с большой буквы. Она достойно живет и строит взаимоотношения с людьми на добрососедской ноте. Ее всегда волновал вопрос благоустройства нашего дома, содержания в чистоте придомовой территории и подъезда. Каждый год, в том числе и нынче, она сажала под окнами цветы, скашивала траву, содержала свой первый этаж нашего подъезда в идеальной чистоте. Конечно, годы берут свое, но на примере семьи Алексея Петровича и Алевтины Николаевны Кузнецовых нам всем нужно учиться трудолюбию, умению мудро жить и ладить с людьми. Дай Бог Алевтине Николаевне долгих и легких лет жизни!»

Надежда Сергеева.

Студия Красоты Pro.Маникюр

1 КОММЕНТАРИЙ

  1. Как одинаковы рассказы наших матерей… Наша мама пошла на фабрику тоже в самом начале войны. И младший брат Александр Иванович Косолапов подросточком пошел работать в шапочный цех. Им тоже приходилось таскать бревна с Вятки, и шапки с костями и мозгами они носили домой, стирали, сушили на печке, чинили, приводили в порядок и посылали на фронт. Работали по 18 часов, цех запирали снаружи и дети не имели права пойти домой, пока не будет позволено пойти помыться, хотя бы. Спали сидя, облокотясь на машину. Ночью крысы грызли их за ноги. Голодали так, что пухли от голода. Но, слава Богу выжили. Только пожили мало. До пенсии не дожили. Мамы нет уже 40 лет. Папы 38. Но все, что мама рассказывала о войне, я помню очень хорошо. Мама говорила, что если опоздаешь на работу, (смена начиналась в 6 часов утра и заканчивалась поздно вечером) на 21 минуту, расстреляют прямо во дворе. И она, когда ее брат Шура не мог идти от Пестовых быстрее, она садила его на крошки и бежала. Сколько всего они пережили!
    Дай Бог здоровья тем, кто из военных подростков все еще жив!
    Наша мама была награждена медалью за ударную работу в тылу. И позже имела награды.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите свой комментарий!
Пожалуйста, введите здесь свое имя.